.
Национальный информационный центр по науке и инновациям
21 июля 2009

Линии разрыва и точки сближения
Российский бизнес, как выяснятся, неплохо осведомлён о передовых разработках. Но ему интересны технологии «сегодняшнего дня», тогда как российская наука исследует дальние горизонты. Александр Чулок, руководитель направления Межведомственного аналитического центра, рассказывает об этом и других разрывах между наукой, властью и бизнесом.

Использование устаревших — на десятилетия! — технологий отнюдь не мешает российским предприятиям считать себя конкурентоспособными — по крайней мере, сегодня и на внутреннем рынке. Это отметил практически каждый участник опроса, проведённого Межведомственным аналитическим центром (МАЦ) в рамках подготовки научно-технологического Форсайта. Впрочем, российский бизнес осознаёт необходимость повысить уровень расходов на НИОКР для повышения конкурентоспособности в будущем. Сегодня, как известно, компании расходуют на эти цели менее 1,3 процента от выручки, при этом их руководители полагают, что тратить на эти цели необходимо не менее 8 процентов. Означает ли это, в России (по крайней мере, до нынешнего кризиса) успел сформироваться потенциальный спрос на новые технологии?

Специалисты МАЦ проанализировали осведомлённость бизнеса о новых технологиях, спрос на них и готовность поддерживать их разработку. Александр Чулок, руководитель направления Межведомственного аналитического центра, в своей статье, опубликованной в журнале «Российские нанотехнологии» отмечает, что способы удовлетворения и направления реализации этого спроса вызывают озабоченность.

В ходе исследования были выделены «центры компетенции» — звенья цепочки создания конечного продукта (услуги), где происходит аккумулирование (или формирование) информации, необходимой для решения поставленных задач. Таким образом были определены компании и организации, более всего соответствующие целям и задачам опросов. После обращения к ним сформировался многоуровневый пул из руководителей департаментов стратегического развития, главных инженеров и технологов предприятий, представителей научных организаций и отраслевых ведомств. Всего были опрошены эксперты из более 500 организаций, уровень отклика составил порядка 20 процентов. Одной из наиболее активно используемых площадок для взаимодействия с бизнесом стал Российский союз промышленников и предпринимателей.

Основные методы сбора информации — опросы, углублённые интервью, фокус-группы и круглые столы. При формировании анкет использовались все имеющиеся на тот момент документы, определяющие долгосрочную стратегию развития экономики и её секторов, в частности, Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года и отраслевые стратегии; на микроэкономическом уровне были проанализированы имеющиеся в доступе стратегии инновационного развития крупнейших компаний. Отдельный блок эмпирических данных составили результаты работы других участников Форсайта: от макроэкономического блока были получены основные параметры разрабатываемых сценариев, от научно-технологического — результаты опросов научного сообщества методом Дельфи. Кроме того, в работе использовались результаты опросов предприятий промышленности, выполненных Межотраслевым аналитическим центром (МАЦ) по другим проектам, в частности, проведённого в 2005 году исследования порядка тысячи промышленных предприятий по вопросам инноваций. Всего были обработаны данные по почти 800 технологиям, разбитым по 10 научным направлениям.

Проведённый анализ позволил выделить следующие основные проблемы текущего инновационного и технологического состояния ключевых секторов экономики.

За горизонтом давности

Главная проблема — практически по всем секторам наблюдается существенное отставание используемых предприятиями базовых технологий от мирового уровня. За редким исключением, эксперты оценивают временной разрыв в 10—15 лет.

Приведём в качестве примера оценку базовых технологий производства электрической и тепловой энергии. Ни один из респондентов не указал, что используемые на его предприятии технологии превышают мировой уровень. Не более половины респондентов из ТГК и ОГК отметили, что используемые базовые технологии соответствуют мировому уровню, причём чаще всего речь идёт о паротурбинных установках, работающих на твёрдом, жидком и газообразном топливе. Большинство респондентов сходятся во мнении, что используемые на их предприятиях газотурбинные и парогазовые технологии отстают от мирового технологического уровня минимум на 10—15 лет, а некоторые отметили, что отставание составляет 25—40 лет.

Практически все респонденты указали, что уровень технологического развития их предприятий соответствует среднеотраслевому (некоторые утверждали, что он лидирующий в отрасли). Этот тезис подтвердился анализом ответов на вопрос «Оцените, в какой степени используемые на предприятии технологии превышают/уступают отечественным и зарубежным аналогам»: около 90 процентов респондентов отметили, что используемые технологии соответствуют отечественным аналогам по таким параметрам, как трудоёмкость, стоимость обслуживания, энергоёмкость и качество. В сравнении с зарубежными аналогами они существенно проигрывают, особенно по энерго- и трудоёмкости.

Используемые на предприятиях технологии отстают от мирового технологического уровня минимум на 10-15 лет, некоторые респонденты отметили, что отставание составляет 25-40 лет. Однако использование устаревших технологий не мешает предприятиям оставаться конкурентоспособными на внутреннем рынке

Примечательно, что использование устаревших технологий позволяет (скорее, не мешает) предприятиям сектора быть конкурентоспособными, по крайней мере, сейчас на внутреннем рынке, — это отметил практически каждый респондент. Вместе с тем ряд руководителей предприятий озабочены дальнейшей перспективой и полагают, что уже в ближайшем будущем уровень их технологического развития может препятствовать росту или хотя бы сохранению конкурентоспособности, особенно на глобальных рынках.

Другая проблема связана с внутренней мотивацией компаний к стратегическому планированию. Для российского бизнеса характерен короткий горизонт планирования: планы по стратегическому развитию 70 процентов опрошенных крупнейших в своём секторе компаний не превышают семи лет, лишь каждая восьмая компания планирует на 12—15 лет вперёд.

В настоящее время зреет разрыв между горизонтами планирования государства и бизнеса. В силу влияния кризисных явлений в экономике бизнес пересматривает свои инновационные стратегии, многие компании ещё сильнее сокращают горизонт обозримого будущего. Государство, наоборот, инициировало продление горизонта ряда стратегических документов до 2030 года.

Как это часто не совпадает!

Серьёзной проблемой остаётся несоответствие предложения технологий со стороны российского сектора исследований и разработок потребностям компаний в технологической модернизации. В результате российский бизнес всё больше ориентируется либо на свою внутрифирменную науку, которая осуществляет «доводку» импортных технологий до конкретных нужд компании, либо на иностранные разработки.

Российская наука, в свою очередь, демонстрирует сильную неоднородность: наиболее конкурентоспособная её часть давно интегрирована в мировые цепочки и по большей части сотрудничает с зарубежным бизнесом; другая её часть пытается находить заказы у российских компаний, но не готова подстраиваться под их нужды или ориентироваться на их запросы.

Таблица 1. Перспективные технологии энергетики: осведомлённость бизнеса, спрос и предложение, форматы возможного участия в разработке
Основные категории/Технологии Индекс важности Спрос бизнеса Предложение науки§ Формат участия бизнеса
Математическое моделирование, методы управления и контроля технологических процессов
Компьютерные технологии имитационного моделирования для обработки результатов мониторинга и восстановления полной картины условий работы конструкции*

60,4

2009—2015

2017

Частно-государственное партнёрство

Интеллектуальные системы мониторинга, диагностики и автоматического управления оборудованием и режимами работы энергосистем, «коммерческая диспетчеризация»

10,5

2009—2015

2017

Финансирование уже идёт

Новые материалы, технологии их получения, нанесения и т.п.
Коррозионностойкие материалы и покрытия для экстремальных условий эксплуатации

82,7

2009—2015

2018

Финансирование уже идёт

Кристаллические материалы для термоэлектрических преобразователей энергии

77,9

Нет

2018

Нет

Высокоэффективные полимерные теплоизолирующие тепло- и огнестойкие материалы, покрытия и модификаторы

76,1

2009—2015

2016

Финансирование уже идёт

Технологии плазменного нанесения тонких плёнок диэлектриков толщиной вплоть до 1 нм

58

Нет

2017

Нет

Обогащение и разделение изотопов. Ядерное топливо
Технологии замыкания топливного цикла по урану, плутонию и актинидам, включая газофторидную (безводную, комбинированную), высокотемпературную электрохимическую, плазменную

57

2016—2025

2015

Не готов участвовать в разработке — будет ждать появления на рынке

Разработка и использование реакторов разных типов
Парогазовые энергоблоки с КПД выше 60 процентов

23,1

2009—2015

2015

Не готов

Технологии генерации, накопления и передачи энергии. Вопросы энергосбережения
Автономные энергоустановки для использования гидрогеотермального и петрогеотермального тепла

97,5

Нет

2014

Нет

Тонкоплёночные преобразователи солнечной энергии с эффективностью преобразования энергии не менее 20 процентов

84,6

2009—2015

2016

Не готов

Термоэлектрические источники тока мощностью более 500 Вт в качестве автономных или предназначенных для утилизации сбросного тепла

70,4

Нет

2016

Нет

Разработка компактных источников энергии для долговременного (недели, месяцы) питания цифровых устройств массового применения

61,9

2009—2015

2018

Не готов участвовать в разработке — будет ждать появления на рынке

Переработка биомассы с получением транспортабельного и более калорийного топлива (пеллеты)

58

Нет

2015

Нет

Газификация угля с последующим использованием очищенного газа в топливных элементах или газовых турбинах небольшой мощности

51,2

Нет

2014

Нет

Оборудование и системы аккумулирования тепловой и электрической энергии, обеспечивающие снижение пиковых нагрузок на 25—30 процентов*

32,3

2016—2025

2017

Не готов

Технология аккумулирования (накопления) энергии, прежде всего электроэнергии, ёмкостью до 10 ГДж*

26,2

2016—2025

2016

Не готов участвовать в разработке — будет ждать появления на рынке

Водородная энергетика
Энерготехнологические системы на основе водорода для выравнивания графика нагрузки электросетей*

41,6

2016—2025

2016

Не готов

Защита окружающей среды
Технологии утилизации золошлаковых отходов электростанций

40,5

2009—2015

2014

Не готов

* Компании отметили, что не слышали об этой технологии, но она представляет для них интерес.
Индекс важности предоставлен научно-технологическим блоком. Рассчитан на основе вопроса «Важность для России: высокая, средняя, низкая, не актуально для России». В целях обеспечения сопоставимости оценок приведены значения отнормированного индекса важности.
Сроки отражают готовность бизнеса внедрить технологию в производство.
§ Сроки отражают ожидания и возможности науки предоставить технологию на рынок. Сроки коммерциализации предоставлены научно-технологическим блоком.

В результате разрыв между отечественным бизнесом и наукой только усиливается. Поэтому принципиальным моментом является анализ отложенного (перспективного) спроса компаний на технологии и возможностей его удовлетворения за счёт разработок отечественных научных организаций.

Точки сближения

Даже в условиях кризиса большинство компаний планирует менять оборудование, это заложено в их планы по технологической модернизации, они привлекают специалистов для определения оптимальных стратегий и вариантов модернизации, проводят технологический аудит. Но компании не всегда способны оценить эффекты от внедрения новых технологий, многие респонденты в ходе углублённых интервью не смогли рассказать о существующих технологических развилках и ключевых проблемах компании.

Между тем сравнительно невелика доля компаний, собирающихся менять базовые технологии производства, так как для подавляющего большинства они позволяют производить конкурентоспособную продукцию (по крайней мере, в среднесрочной перспективе). В свою очередь, подобная консервация представляет собой скрытую угрозу: так, замена на аналогичное оборудование может означать сохранение отставания на один-два технологических уклада ещё на пять-семь лет. Всё это говорит о необходимости вовлечь бизнес в процессы принятия решений о технологическом облике сектора, так чтобы он из игрока, «потребляющего» результаты НИОКР, превратился в «формирующего» спрос на них.

Нарастает разрыв между горизонтами планирования государства и бизнеса. Бизнес сейчас пересматривает инновационные стратегии, компании сокращают горизонт обозримого будущего. Государство, наоборот, инициировало продление горизонта ряда стратегических документов до 2030 года.

Результаты опроса средних и крупных предприятий ключевых секторов экономики, проведённого МАЦ в 2005 году, позволяют говорить о том, что потенциал для таких изменений есть. Так, в среднем по выборке уровень расходов на НИОКР составляет примерно 1,3 процента от выручки, при этом руководители предприятий полагают, что для обеспечения конкурентоспособности необходимо тратить на НИОКР в среднем порядка восьми процентов выручки. Соответственно, российский бизнес осознаёт необходимость существенно повысить уровень расходов на НИОКР для обеспечения конкурентоспособности.

Однако способы удовлетворения и направления реализации этого спроса вызывают озабоченность. На примере компаний энергетического сектора эксперты МАЦ изучили уровень осведомлённости бизнеса о ключевых перспективных технологиях (табл. 1).

Компании в целом имеют представление о передовых разработках. У большинства известных представителям бизнеса технологий, по мнению научного сообщества, высокий индекс важности для России: в среднем — 60,8. Однако ряд технологий имеет достаточно низкий индекс важности, в частности: «Интеллектуальные системы мониторинга, диагностики и автоматического управления оборудованием и режимами работы энергосистем», «Коммерческая диспетчеризация» — 10,5. В то же время ряд технологий, которые представляются науке достаточно важными, бизнесу не известны (например, «Технология утилизации теплоты вентиляционных выбросов с эффективностью 85—90 процентов, включая средства защиты от обмерзания теплообменного оборудования» — 79,1). Среднее значение индекса важности по неизвестным технологиям — 45,5.

Полученные результаты не противоречат выводам об основных особенностях взаимодействия науки и бизнеса в России: бизнесу более понятны и близки технологии «сегодняшнего дня», науке — исследования, лежащие в более далёких горизонтах.

Стоит сказать о ещё одном важном результате отраслевого блока Форсайта: представители ряда компаний отмечали, что не знакомы с технологией, упомянутой в анкете, но она их заинтересовала (например, «Компьютерные технологии имитационного моделирования для обработки результатов мониторинга и восстановления полной картины условий работы конструкции»). Подобное информационное взаимодействие является крайне важным для укрепления связей между наукой и бизнесом и реализации спроса компаний на перспективные технологии.

Материал подготовлен на основе статьи Александра Чулока, предоставленной редакцией журнала «Российские нанотехнологии»
Обсудить на форуме
researcher@