.

поиск
27 мая 2009

Логика потерь
Трудности, как известно, не только испытывают нас, но и дают новые возможности. Вот только эти возможности надо увидеть и грамотно применить. Взять хотя бы нынешний кризис. Вроде ничего хорошего для экономики нашей страны, да и всего мира, он не принес. Но это не совсем так. Как отмечают многие зарубежные специалисты, в том числе Билл Гейтс, именно сейчас следует сделать рывок в научно-технологическом развитии, потом может оказаться поздно. Этот и многие другие острые вопросы поднял в своем докладе “Проблемы управления научно-инновационным комплексом России” директор ГУ “Центр исследований и статистики науки” (ЦИСН) Минобрнауки РФ Дмитрий Рубвальтер...

Фирюза Янчилина

Трудности, как известно, не только испытывают нас, но и дают новые возможности. Вот только эти возможности надо увидеть и грамотно применить. Взять хотя бы нынешний кризис. Вроде ничего хорошего для экономики нашей страны, да и всего мира, он не принес. Но это не совсем так. Как отмечают многие зарубежные специалисты, в том числе Билл Гейтс, именно сейчас следует сделать рывок в научно-технологическом развитии, потом может оказаться поздно. Этот и многие другие острые вопросы поднял в своем докладе “Проблемы управления научно-инновационным комплексом России” директор ГУ “Центр исследований и статистики науки” (ЦИСН) Минобрнауки РФ Дмитрий Рубвальтер. Он выступил на ежемесячном общегородском семинаре по науковедению в Центре научно-информационных исследований по науке, образованию и технологиям ИНИОН РАН.

Перспективы были неплохими

Д.Рубвальтер отметил, что, несмотря на всю тяжесть положения, именно сегодня почти все государства - члены Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), а также страны-наблюдатели увеличивают расходы на науку, решают проблемы, связанные с различными технологиями. Например, американцы поставили задачу к 2020 году сократить потребности в нефти на 25%, в частности за счет биотоплива. Израиль сосредоточился на проблеме опреснения морской воды. У нас же, хоть и появилось в последнее время множество всевозможных постановлений, указов, законов, но, к сожалению, на практике они недостаточно реализовываются. И важно не потерять темп в период экономической нестабильности.

Посмотрим на недавнее прошлое. Последние два года финансирование науки росло высокими темпами, ежегодно прирост был 25%, и к 2008-му объем денег, вливаемых в научные исследования и разработки, составил более 500 млрд рублей. Такая же скорость планировалась и дальше, и к 2011-му мы должны были бы выйти на уровень Великобритании. Однако кризис уже заставил внести коррективы в бюджет.

Постоянно повышалась и средняя зарплата ученых, в 2008 году она составила более 20 тысяч рублей. Это четвертое место после работников сфер нефтегазовой, банковской, информационно-коммуникационных технологий и в два раза больше, чем доход преподавателей. Возрастная “дифференциация” по-прежнему неутешительная, хотя и наметились положительные сдвиги. Основной контингент научных работников - в возрасте 50-59 лет, и такая тенденция “старения” исследовательских кадров общемировая. Заметно уменьшается доля тех, кому 30-39 лет (с 24% в 1994-м до 13,4% в 2008-м) и 40-49 лет (с 31,7% до 15,4%). Однако увеличивается количество молодежи до 29 лет (с 9,2% до 17,5%).

Централизация - для прорыва

Д.Рубвальтер предлагает ввести понятие “научно-инновационный комплекс”, включающий организационно-управленческий аспект взаимодействий между элементами научно-инновационной системы. Ведущая роль в таком управлении принадлежит государству, которое призвано организовывать взаимодействие между сферами исследований, инноваций и реальным сектором экономики.

Научные системы делятся на централизованные и децентрализованные. Но такое распределение весьма условное. Централизованная предполагает наличие некоего головного министерства, которое регулирует все процессы в научно-технической сфере, обеспечивает распределение финансирования. В США такого министерства нет. Есть четыре крупнейших ведомства: Министерство обороны, NASA, Министерство здравоохранения, Министерство экономики. Но есть также Совет по науке и технологиям, который возглавляет лично президент, есть Управление научно-технологической политики. И все вопросы, касающиеся приоритетов, ведущих программ, решаются на этом уровне. Поэтому американская система, несмотря на отсутствие головного учреждения, тем не менее считается одной из самых централизованных в мире.

Российская научная система формально централизованная, но таковой на самом деле не является. У нас до сих пор нет Закона об инновационной деятельности. Инфраструктура, включающая банки, венчурные и телекоммуникационные компании, не “систематизирована” и создается в основном на региональном уровне. Руководитель ЦИСН также отметил, что трудно понять, чем же отличаются технопарк от бизнес-инкубатора, трансфер-центр от центра коммерциализации технологий.

Этапы реформы

Начиная с 1991 года идет постепенное реформирование сферы исследований и разработок с целью перехода на инновационный путь развития. В России можно выделить три этапа. Первый пришелся на 1992-1996 годы. В этот период, прежде всего, стояла задача сохранить науку. Именно тогда был принят Закон о науке и научно-технической политике, который с некоторыми изменениями действует до сих пор. Кстати, благодаря этому закону удалось сохранить Российскую академию наук.

Второй этап начался в 1997-м. К слову, этот год знаменит тем, что тогда был достигнут “пик Фортова” - наибольшая доля финансирования от ВВП. В то время была подготовлена концепция реформирования российской науки, согласно которой “фундаменталка”, приоритетные направления, критические технологии финансируются за государственный счет, а прикладные науки вынуждены “кормить” себя сами. Но концепция не была реализована из-за кризиса 1998 года.

Третий этап стартовал с 2000-го. Указом президента были приняты основы политики РФ в области развития науки и технологий, разработана стратегия до 2015 года. Стали формироваться новые структуры, например “центр превосходства” в Курчатовском институте. В настоящее время разработан проект закона о создании на базе научно-образовательных учреждений малых предприятий, что даст возможность коммерциализировать научные разработки. Вполне вероятно, что этот закон вступит в силу уже летом.

Необходимые коррективы

По словам Д.Рубвальтера, систему управления исследованиями и инновациями в силу их приоритетности для государства должно возглавлять первое лицо - президент или премьер-министр, нужна генеральная стратегия. Однако в России это пока невозможно из-за децентрализованности системы управления научно-инновационным комплексом. Сейчас Минобрнауки совместно с РАН и другими государственными академиями формирует только бюджет по фундаментальным исследованиям. По прикладным наукам бюджеты формируются отраслевыми министерствами. Далее идет согласование в Минэкономразвития и Минфине. Жесткая налоговая система не стимулирует научные достижения. Из 4 тысяч научных организаций 70% - в государственной собственности. Получается, наука нашему бизнесу не выгодна. В других же странах широко применяются налоговые кредиты, стимулирующие бизнес вкладывать в науку деньги.

Сегодня действуют два координирующих органа: Совет при президенте по науке, технологиям и образованию и Правительственная комиссия по высоким технологиям и инновациям. Но какой из этих органов главнее и как они взаимодействуют между собой, четко не определено. Д.Рубвальтер предложил ввести в Совет при президенте выдающихся ученых, которые давали бы прогнозы развития науки на 10-15 лет. А комиссия решала бы практические вопросы, координировала научно-инновационный комплекс, принимала решения по ФЦП. Нужно расширить функции Минобрнауки как головного министерства, оно призвано, как это было раньше, разрабатывать сводные планы по развитию научно-технической, инновационной сфер. Далее согласование с Минфином, проведение конкурсов, заключение госконтрактов и управление ими. Нужно решительно внедрять федеральную контрактную систему, которая используется во всех ведущих странах. Только в таком случае можно добиться каких-то заметных результатов.

Обсудить на форуме
researcher@