.
Российская Федерация сегодня
№ 8, 2008

Государство и инновации
Выступление в Совете Федерации в рамках “правительственного часа”

Сергей ИВАНОВ, первый заместитель Председателя Правительства России

Сегодня нанотехнологии по праву являются одним из символов научно-технического прогресса. Таким же или сопоставимым с тем, что в свое время у нас было связано с атомом и космосом. А потому о нанотехнологиях сейчас говорят все. Можно даже сказать, все, кому не лень, слово модное стало. И вопросами, связанными в той или иной степени с данной сферой, заниматься берутся многие, а некоторые даже беззастенчиво эксплуатируют сформировавшийся нанобренд в своих рекламных целях. Вместе с тем, как советуют люди, действительно понимающие толк в этой, подчеркиваю, междисциплинарной отрасли, не надо слишком все упрощать.

Микрокосмос открывает тайны

Нанотехнологии — вещь естественная для природы. Но для человека попытка воспроизвести, то есть научиться создавать и использовать объекты, материалы, содержащие структурные элементы с размерами порядка миллиардных долей метра, — это, конечно, сложнейшая научная и техническая задача. Однако решение ее позволит нам подняться на совершенно новый уровень развития. И когда мы говорим о необходимости придания нашей экономике инновационного характера развития, то с полным правом и основанием сюда нужно включать нанотехнологии. Благодаря умению абсолютно точно по заданным параметрам создавать те или иные элементы мы можем получить доступ к материалам, имеющим принципиально другие функциональные свойства.

В частности, при переходе к этому своего рода конструированию в указанных наномасштабах появляется возможность получать сверхпрочные режущие поверхности для инструментов, ракетное топливо с чрезвычайно высокой скоростью горения, антибактериальные покрытия для ран на основе серебра, эффективные катализаторы для двигателей внутреннего сгорания, немнущиеся ткани, водо- и грязеотталкивающие текстильные изделия и так далее. Перечень этот можно продолжать очень долго. Таким образом, уже сегодня сфера практического применения нанотехнологий охватывает целый ряд отраслей промышленности и многие стороны нашей повседневной жизни.

По оценкам экспертов, в 2008 году объем продаж продукции, связанной с этими технологиями, в мире составит около 700 млрд долларов. Это только на сегодняшний день. Если же говорить о потенциале их использования, то он просто не поддается никакой оценке на сегодняшний день. Возможности действительно фантастические. Представьте себе хотя бы адресную доставку лекарств, при которой частицы с наноразмерами будут доставлять медикамент непосредственно к поврежденному органу или опухоли, в том числе онкологической.

То есть для выздоровления человеку надо будет, как говорят военные, всего лишь нанести точечный удар, а не бить кувалдой в виде антибиотиков или химиотерапии по всему организму.

В целом же очевидно, что нанотехнологии — это самые настоящие технологии будущего, и остаться в стороне от участия в гонке за обладание ими мы не имеем никакого права.

В стратегии развития наноиндустрии, утвержденной Президентом в апреле прошлого года, четко определено, что Россия может и должна сыграть значимую роль в разработке и продвижении инновационных нанотехнологических проектов и войти в число лидеров на мировом рынке нанопродукции и услуг. Данная высокая цель вполне достижима.

На сегодняшний день мы располагаем весомым научным заделом во всех критических для этого областях: материаловедении и электронике, биологии и атомной физике. Общепризнаны в мире успехи российских ученых в сфере изучения гетеропереходов, синхронного излучения, биодиагностики, углеродных структур.

Вместе с тем основная наша проблема заключается в том, что наряду с высоким качеством исследований мы на сегодняшний день имеем довольно низкий уровень развития соответствующей инфраструктуры, призванной обеспечить не только и не столько даже, может быть, разработку, сколько массовое производство наукоемкой продукции.

Движение началось, но время подстёгивает

Что нужно сделать для того, чтобы ликвидировать тот разрыв, о котором я сказал. Ответ, на мой взгляд, очевиден. Необходимо в кратчайшие сроки создать современную приборно-инструментальную, технологическую и информационную базу, решить кадровый вопрос, добиться эффективной координации работ, ликвидировать избыточный экономический и административный барьеры, препятствующие развитию рынка нанопродукции и услуг. И мы уже начали активную работу по этим направлениям.

В частности, принят ряд базовых документов в сфере нормативно-правового и организационного обеспечения развития системы исследований и разработок. Ключевыми из них являются: концепция развития работ в области нанотехнологий на период до 2010 года; программа координации работ в области нанотехнологий и наноматериалов; план действий по стимулированию развития наноиндустрии.

Важной вехой на пути централизации и осуществления единого управления процессами в данной сфере стало создание в июле прошлого года Правительственного совета по нанотехнологиям. Наряду с представителями органов исполнительной власти, учеными, бизнесменами в этот совет вошли и члены Совета Федерации, которые там активно работают.

Другим принципиальным шагом на пути реализации государственной политики в развитии инновационной деятельности и коммерциализации разработок в сфере нанотехнологий стало создание госкорпорации “Роснанотех”, уставный капитал которой составляет 130 млрд рублей.

Соответствующий законопроект в июле прошлого года был рассмотрен обеими палатами российского Парламента. И пользуясь случаем, я хочу поблагодарить вас за то, что этот закон был принят очень быстро, оперативно, что позволило нам стартовать и начать функционирование госкорпорации.

Во многом благодаря именно такому быстрому старту в настоящее время уже разработаны и приняты основные документы, регулирующие функционирование корпорации. Завершается формирование рабочих органов и разработка стратегии ее деятельности. В ближайшие дни начнется прием госкорпорацией инвестиционных проектов. Причем время рассмотрения каждого проекта не должно превышать 90 рабочих дней — это мы прописали как жесткую норму. После чего правление или наблюдательный совет принимают решение о целесообразности его финансирования. Если сумма меньше 1 процента активов госкорпорации, то она сама принимает решение (мы должны ей тоже дать возможность действовать гибко, не согласовывать все подряд). Если больше, то окончательное решение принимает уже наблюдательный совет, который возглавляет Андрей Александрович Фурсенко.

На март сего года в Роснанотех уже поступило 330 обращений с предложением проектов. Общая сумма финансирования, если все их принять, в чем я сильно сомневаюсь, превысит весь уставный капитал госкорпорации в 130 млрд рублей. То есть, как видите, заявок уже огромное количество. Хочу подчеркнуть, что каждый из предлагаемых проектов подвергается тщательному анализу силами научных и инвестиционных экспертов госкорпорации, а также с привлечением внешних специалистов. Хотя прошло не так много времени с момента создания корпорации, мы уже наладили систему отбора, которая состоит из двух принципиальных уровней. Первый — это научно-технический совет госкорпорации, который уже начал свою работу. Он рассматривает любой проект с точки зрения технологической возможности его осуществления. Ведь чего греха таить, к нам приходят такие проекты, которые фактически являются, извините, завиральными, неосуществимыми даже технологически. Вот это первое сито отбора. И если это сито преодолевается, то второй фильтр вступает в действие — коммерческий. Есть ли смысл, есть ли рынок, есть ли потребитель на этот конкретный коммерческий продукт? Потому что можно что-то сделать, но это никто не купит. Тогда зачем мы это делаем?

Например, меня часто спрашивают о нанобетонах. Я видел много качественно хороших нанобетонов, в том числе и для покрытия дорог. Но, к сожалению, они пока производятся только в лабораториях. Вот мне приносят кубик, два кубика... А когда задаешь вопрос: “Вы готовы изготовлять этот бетон сотнями тысяч?” — отвечают: теоретически да, но он будет пока в десять раз дороже, чем обычный бетон. Кто его купит?

На прошлом экономическом форуме в Санкт-Петербурге показывали уже 100 метров дороги Москва—Санкт-Петербург, выполненные с помощью нанопокрытия. Дорога как зеркало, просто блестящая, близко не стояла с любой обычной дорогой. Но цена этих 100 метров на сегодняшний день в 20 раз дороже, чем 100 метров обычной дороги. То есть мы уже умеем кое-что делать, но еще не достигли снижения экономических затрат. А снижение затрат пойдет только тогда, когда будет серийность. Это замкнутый круг, но я уверен, что мы рано или поздно его разорвем.

Так вот, среди наиболее перспективных проектов я бы выделил следующие. В первую очередь это развитие светодиодной осветительной техники, внедрение и массовое производство энергосберегающих светодиодных осветительных приборов, где нанотехнологии используются для выращивания полупроводниковых кристаллов для светодиодов. Мы много говорим об энергосбережении, говорим о том, что наша экономика абсолютно энергозатратная, неэффективная. Вот этот огромный проект, как мы считаем, позволит нам сэкономить значительные средства. Если мы начнем оснащать этими новыми светодиодами уличное освещение, подъезды жилых домов, то получим десятки миллиардов евро экономии.

Второй проект. Асферическая оптика. Производство асферических линз, что позволяет уменьшить их число в объективах при лучшем качестве изображения. То есть нанотехнологии используются для достижения соответствующей точности обработки линз. Это, конечно, прорывной проект в оптике.

Далее. Производство лекарственных препаратов и медицинской техники с использованием нанотехнологий. То есть производство высокотехнологичных нанопродуктов для медицины, в том числе наноструктур для доставки лекарств и изотопов методами, не требующими хирургического вмешательства. Лекарство адресно доводится до той клетки, которую надо лечить.

Это имеет огромный социальный аспект.

Еще одним ключевым аспектом, на котором мы сейчас сосредоточили свои усилия, является скорейшее принятие программы развития наноиндустрии в Российской Федерации до 2015 года. Очевидно, что для максимально эффективного использования нанотехнологий в качестве локомотива инноваций в наукоемких отраслях промышленности наряду с общими целями должны быть определены и наши конкретные поэтапные действия, направленные на достижение обозначенных рубежей.

Алгоритм подобных действий и нашел отражение в новой программе, которая была рассмотрена Правительством, одобрена и в ближайшее время будет окончательно утверждена. На первом этапе ее реализации, в 2008—2011 годах, должны быть сформированы конкурентоспособный сектор исследований и разработок в области наноиндустрии и эффективная система коммерциализации создаваемых объектов интеллектуальной собственности.

А на втором этапе, в 2012—2015 годах, предусмотрено обеспечение условий для крупномасштабного наращивания объемов производства продукции наноиндустрии и выхода профильных российских компаний на мировые рубежи. Согласно ожидаемым результатам, к 2015 году объем продаж российской продукции наноиндустрии составит около 900 млрд рублей. Наша доля в этом сегменте мирового рынка, как мы планируем, достигнет 3 процентов. На сегодняшний день наша доля составляет практически ноль.

Финансирование процесса формирования производственно-технологической базы наноиндустрии будет осуществлено на уровне 180 млрд рублей. Дополнительные возможности для поддержки коммерциализации продукции наноиндустрии предоставляют такие структуры, как Банк внешнеэкономической деятельности, Банк развития и Российская венчурная компания.

Что же касается координации научно-исследовательской составляющей развития наноиндустрии, то на сегодняшний день сформирован перечень приоритетных направлений НИОКР. Он носит открытый характер, любой заинтересованный может с ним познакомиться.

При этом хочу подчеркнуть, что перечень — это не догма. И в соответствии с мировыми тенденциями развития нанотехнологий, а также с учетом потребности отечественной экономики, национальной обороны и безопасности он будет постоянно обновляться и актуализироваться.

Если же говорить об инструментах государственной поддержки исследований и разработок в области наноиндустрии, то в качестве примера можно привести следующие программы. Прежде всего это федеральная целевая программа исследований и разработки по приоритетным направлениям развития научно-технологического комплекса. Федеральная целевая программа “Национальная технологическая база”. Федеральная космическая программа. Государственная программа “Вооружение”. Программа развития оборонно-промышленного комплекса.

Специализированные программы Российской академии наук и Российской академии медицинских наук. И программа Российского фонда фундаментальных исследований. Вот перечень тех инструментов, с помощью которых мы также планируем активно заниматься наноиндустрией.

Суммарный объем средств, предусмотренных на финансирование данных программ, в этом году составит более 10 млрд рублей, а в следующем — 12 млрд. Эти суммы сопоставимы с бюджетными средствами, выделяемыми на поддержку исследований в области нанотехнологий правительствами других развитых стран. То есть хочу сказать, что сейчас по финансированию нанотехнологий и наноиндустрии наши бюджетные расходы, я не имею в виду средства частных компаний, которые тоже вкладываются в это дело, соответствуют самым передовым мировым стандартам.

Теперь же для нас крайне важно добиться того, чтобы и частный капитал активно включился в данный процесс. Но пока вынужден констатировать, что суммы, вкладываемые частными инвесторами, у нас значительно уступают негосударственным ресурсам, которые направляются на аналогичные цели за рубежом.

Следующий актуальный в настоящее время аспект — это создание соответствующей современным требованиям экспериментальной и технологической базы. Без нее, конечно, заниматься наноиндустрией просто невозможно.

В прошлом году мы приняли Федеральную целевую программу “Развитие инфраструктуры наноиндустрии”. В течение ближайших трех лет на эту программу выделяется 28 млрд рублей, которые направляются в конкретные исследовательские центры, университеты, отделения Академии наук по всей стране, для того чтобы создать центры коллективного пользования приборной базы наноиндустрии.

Таких центров коллективного пользования мы планируем создать 56 по всей стране. Из них 36 уже на сегодняшний день работают по приоритетному направлению — индустрия наносистем и материалов. И на их поддержку и развитие ежегодно расходуется около 1 млрд рублей. Это только на центры, помимо федеральной целевой программы.

В результате нам удалось создать такие условия, когда практически в любом регионе, по крайней мере в Центральной России, на Урале, в Сибири, ученый без труда может найти необходимую ему исследовательскую установку, соответствующую мировому уровню.

Другим стратегически важным фактором обеспечения развития наноиндустрии является подготовка кадров. Как известно, кадры решают всё. Поэтому в рамках реализации приоритетного национального проекта “Образование” сейчас активно открываются новые образовательные специальности, связанные с нанотехнологией. Поскольку это междисциплинарная наука, о чем я сказал с самого начала, мы решили, в том числе на базе Московского государственного университета, открыть магистратуру по нанотехнологиям, куда будут собираться талантливые, перспективные бакалавры со всех вузов страны. Это будут и физики, и химики, и медики, и информационщики, потому что это междисциплинарные науки. И вот уже на стадии обучения в магистратуре они будут осваивать эту междисциплинарную науку. Готовить специалистов по нанотехнологиям, начиная с первого курса, совершенно бессмысленное занятие.

Кроме того, в 36 вузах полностью обновлена материально-техническая база образовательного и научного обеспечения развития нанотехнологий, и на эти цели уже израсходовано 3,5 млрд рублей Министерством образования и науки.

Весомые меры государственной поддержки предусмотрены также и находящейся на завершающем этапе утверждения Федеральной целевой программой “Научные и научно-педагогические кадры инновационной России”. Я очень рассчитываю, что в этом году эта приоритетная программа будет принята Правительством. Вместе с тем, говоря о наших возможностях, нельзя не отметить тот факт, что мы не можем действовать изолированно и оставаться в стороне от уже проторенных дорог в сфере использования нанотехнологий. В связи с этим в качестве принципиального фактора выступает наше сотрудничество с мировым, научным и технологическим сообществом. И мы уже активно сотрудничаем в области нанотехнологий как с Соединенными Штатами Америки, так и с Евросоюзом. Например, недавно достигнута договоренность о том, что Россия и Евросоюз начнут совместно выдвигать проекты в области нанотехнологий, которые через конкурсы будут получать гранты. В этом смысле мы, конечно, должны оставаться открытыми и жить в глобальном мире, а не замыкаться только внутри себя.

В целом же такая активность на мировой арене призвана обеспечить нашей стране полноценное вхождение на паритетных, подчеркиваю, не на зависимых, а на паритетных началах в основные международные научно-технические организации, а также создать условия для формирования объединений российских и зарубежных партнеров в сфере нанотехнологий.

Таким образом, можно сказать, что меры, предпринимаемые сегодня государством по научному и организационному обеспечению развития национальной наноиндустрии, являются адекватными.

Как обеспечить технологическую независимость?

Оценивая параметры современного и перспективного мирового рынка нанопродуктов, мы видим в нем несколько сегментов. Конечно, деление условное, но подход к ним со стороны государства должен различаться.

Первый сегмент — это так называемые товары массового спроса. Разумеется, здесь чистый рынок и подход к нему общеизвестен.

Второе — это продукция, выпуск которой связан с выполнением государством либо социальных функций, либо задач обеспечения обороны и безопасности.

И, наконец, третий сегмент — это средства производства, в том числе научное, технологическое, метрологическое оборудование и технологии.

Что касается товаров массового спроса, я о них уже сказал. Во втором случае, когда речь идет о социальной функции или задачах обороны и безопасности, государство, конечно, должно максимально активно вмешиваться в процесс создания нанопродукции и в финансовом смысле, и в плане нормативного регулирования. Это относится, в частности, и к вопросам, связанным с такими темами, как очистка воды, создание и внедрение эффективных лекарств, проблема обеспечения жилищно-коммунального хозяйства современными материалами и системами, а также аспектам, находящимся в сфере оснащения наших силовых структур новым вооружением и специальной техникой. И здесь, конечно, государство должно и будет брать на себя львиную долю расходов на НИОКР, способствовать, в том числе административными мерами, созданию, выпуску и сбыту соответствующей продукции.

Теперь что касается производства средств производства. Очевидно, если мы хотим оставаться в одном ряду с развитыми странами, если хотим обеспечить свою технологическую независимость, наконец, если желаем влиять на формирование международных стандартов в сфере нано, то государство просто обязано всемерно поддерживать данную сферу. Кстати, именно поэтому мы предложили и получили позитивный отклик на тесное сотрудничество в области нанотехнологий с нашими партнерами в СНГ, чтобы у нас было одно пространство стандартов, правил игры. На сегодняшний день в мире в отношении нанотехнологий каких-то четких правил не существует. Тот, кто первый эти правила установит, тот и будет диктовать свои условия, в том числе глобальному рынку. Это очевидно. И здесь мы отставать не можем.

Для решения поставленных задач необходимо своевременно обновлять перечни перспективных продуктов и рынков, продуманно решать вопросы регулирования, в первую очередь в плане метрологии и стандартизации, оперативно вырабатывать технические регламенты и СНиПы, которые обеспечивают запуск новых производств. Весьма актуальными также остаются вопросы безопасности при производстве и потреблении нанопродукции. Пока, как я уже сказал, нигде в мире не проведено достаточно глубоких исследований, которые позволяли бы в полной мере оценить потенциальные риски использования нанотехнологий, особенно в медицине. У нас уже вовсю жулики от рекламы рекламируют нанокремы. По телевизору показывают. Но никто не знает, что будет с вашей рукой или с вашим лицом, когда вы этим нанокремом помажетесь. Там никакого “нано” нет вообще. Ясно, что это обычный крем, но рекламируют с модным словом “нано”, чтобы поднять цену и привлечь покупателя. Однако даже если мы сделаем крем действительно с использованием нанотехнологий, его надо сначала проверить. Провести исследования относительно безопасности для человека. Не так все просто.

Кроме того, для сбора необходимой и достоверной отчетности требуется соответствующий классификатор продукции наноиндустрии и его внедрение в систему государственной статистической отчетности. Такие работы у нас уже ведутся прежде всего силами двух ведомств. Это Роспотребнадзор и Ростехрегулирование.

Указанные меры преследуют в том числе цель — исключить возможность неправильного применения нанопродукции, а также поставить барьеры на пути недобросовестных производителей, пытающихся, как я уже сказал, использовать ажиотаж вокруг приставки “нано” для реализации товаров, не имеющих к нанотехнологиям никакого отношения.

Вместе с тем считаю необходимым отметить особо, что, несмотря на существующие объективные и субъективные проблемы с массовой коммерциализацией результатов научных исследований, первые положительные результаты у нас уже есть. И это не какая-то нанопурга, извините за моветон. Мы часто слышим со стороны наших критиков, что все это одна сплошная теория, деньги бессмысленно истратят, ничего не получат, никакого продукта не будет. Такой продукт у нас в стране уже есть. Говорю об этом со всей ответственностью.

В настоящее время пять наиболее активных компаний, получивших поддержку в рамках важнейших инновационных проектов, производят и реализуют нанотехнологическую продукцию в объеме около 8 млрд рублей в год. Так, например, на “Северстали” уже приступили к серийному производству уникальных сплавов с двукратным повышением эксплуатационных характеристик металлов, свариваемости и их водостойкости. Для чего это? Прежде всего для освоения шельфа арктических морей. Металл этот прекрасно себя показал в экстремальнейших климатических условиях. В настоящее время объем продаж составляет около 2 млрд рублей в год, но при определенных условиях он может быть увеличен более чем в 100 раз.

В прошлом году мне лично удалось побывать на питерском предприятии “Светлана”, которое освоило выпуск светодиодов сверхвысокой яркости. Потенциальный рынок подобной продукции огромен и в мире, и в нашей стране — я об этом говорил. Сейчас он оценивается в 3 млрд долларов в год. Однако, в связи с расширением рамок использования энергосберегающих технологий, к 2012 году, по мнению специалистов, этот рынок вырастет как минимум в 20 раз. Потребности нашей страны к тому времени оцениваются в сумму, превышающую 70 млрд рублей. Как говорится, комментарии излишни.

Подводя итог, хотел бы сказать следующее. Сейчас мы решаем фактически беспрецедентную по масштабам и амбициозности задачу. И наш общий успех во многом зависит от слаженности и согласованности действий Парламента, Правительства, ученых, бизнеса.

Именно такого подхода от нас требует и президентская инициатива о стратегии развития наноиндустрии.

Обсудить на форуме
researcher@